Детская память довольно цепкая и поэтому она нет-нет, да и выдает ту или иную картину времен Великой Отечественной войны. С каждым днем эти воспоминания становятся все ценнее, потому что уходят, к сожалению, не только участники той странной войны, но и те, кто были тогда детьми.
Мне было неполных восемь лет. Вспоминаю историю, которая случилась сразу в послевоенное голодное время. Мои земляки, жители хутора Левдикова возвращались из Погара, куда ходили на базар. Решили сократить путь, пошли через станцию Погар, а там полем, до дома рукой подать.
Переходя железнодорожные пути Паша Кудыш отстала. Когда ее попутчицы вернулись, то увидели, что Паша сидела на куче свежей земли, разгребала какую-то горку и … плакала. Как оказалось, это был старый бурт картошки. Во время оккупации немцы заставляли жителей ближайших сел и деревень часть урожая картофеля сдавать, привозить на станцию Погар, где ее буртовали наши пленные, а потом ее отвозили или на фронт или в Германию.
Паша случайно обнаружила бурт, видимо, незамеченный немцами. А плакала она потому, что не было у нее никакой тары, чтобы набрать картошки. Хуторяне и я с пастухом, у которого подпаском, стали накладывать картофель во что только было возможно. И тут произошло следующее: Паша вдруг стала раздеваться, она сняла рубашку (другого нательного белья на ней не было), быстро набросала на голое тело латанное-перелатанное платьишко. В рубашке завязала горловину и со счастливой улыбкой принялась накладывать картошку в этот своеобразный мешок. Картофель был, само собой разумеется, прелый, мокрый. Полрубахи она наложила, а как несла более двух километров до дома, не знаю. Видимо, правду говорят, своя ноша не тянет.
Вечером вся хуторская молодежь собралась, как обычно, на пятачке под липами на танцы. Гармонистом был Леша Кудыш, муж Паши. Девчата вскладчину добыли ему бутылку самогона. Леша хорошо закусил картофельными лепешками («тошнотиками»), которых вдоволь напекла ему Паша. Она сидела, смотрела на своего Лешу и счастливо улыбалась.
…Пригревало майское солнышко. На бывшем картофельном поле посеяли озимые. Они бурно пошли в рост. В отдельных местах как мы их называли «проплешинах» дожди вымывали прошлогоднюю картошку. Мы, пацаны, ходили ее собирать. Объездчик часто там нас поджидал с трех хвостовой плетью. Картофелины на солнце подсыхали. При разломе в них были желто-белые черви. Мама дома их удаляла из картофелин, а серую картофельную массу подсушивала на крыше сарая. Потом пекла из них оладьи (тошнотики), добавляя лебеду, крапиву, головки клевера, почки липы и еще Бог знает какие травы.
Вот так мы тогда жили и выживали. Сегодня мне не по себе слышать сетования на голодную жизнь. При этом чуть ли не треть, или того больше со столов можно видеть в мусорных контейнерах. Нет, господа, нехорошие, не знаете Вы, что такое холод и голод, играя в футбол почерствевшими буханками хлеба, батонами. И, слава Богу, что не знаете!
26.03.2020 г.
Фото: БрянскНОВОСТИ.RU.